Выпуск 28

Поэзия и проза

Адам

Анджей Франашек

Умер Адам Загаевский. Ему было 75, поэтому трудно избежать впечатления, что эта смерть оказалась во многом преждевременной, слишком внезапной, совершенно неожиданной. Может быть, мы уже просто привыкли к тому, что многие из великих польских поэтов дожили до весьма почтенного возраста. Адам c незапамятных времен продолжал существовать на нашем умственном горизонте, определял направления и устанавливал иерархии. Но тот же Адам, в особенности для тех, кто хоть немного его знал, являл в последние годы полную противоположность тому, кто уже наполовину ушел, смолк и, кажется, ждет лишь своей последней черты. Как нельзя более далекий от помпезности или чествования собственной особы, очень часто улыбчивый, автоироничный, общающийся с миром в особой, свойственной себе атмосфере – соединяющей серьезность с веселым прищуром глаз.

В своем творчестве и восприятии направленный на равновесие, на то, чтобы не поддаваться унынию, чтобы замечать как драматизм, так и красоту и радость существования, которые пронзают нас – как он когда-то написал, – словно «острый гарпун восторга». Направленный – пускай это прозвучит ужасно патетично – на добро. Он как будто руководствовался мыслями Симоны Вейль, которые процитировал (я хорошо это помню) во время какой-то дискуссии: «воображаемое зло романтично и разнородно, а действительное зло уныло, однообразно, пустынно и скучно. Воображаемое добро скучно, в то время как действительное добро – всегда ново, чудесно и упоительно». Немало было злых упреков к нему, как к защитнику «высокого стиля» или исчезающей «горячности» – совершенно очевидно, что многие из его убеждений не соответствовали основной тональности нашей эпохи, по крайней мере, тем ее нотам, которые звучат всего сильнее, расталкивают другие в партитуре, захватывают первый план. Был ли он прав целиком и во всем? Может, и нет, но я думаю, что он хорошо различал основную опасность – нашу не только поспешность и поверхностность, пресловутую мелкую жизнь – как он ее называл – „senza flash”, но прежде всего безразличие, когда зло, творимое человеку, которое так поражало Милоша, Чапского, Шимборскую, Ружевича, Херберта – мы воспринимаем холодно, почти без удивления, бессильно пожимая плечами. Сам он, впрочем, в соответствии с наилучшими традициями Новой волны, ввязывался в борьбу однозначно, не молчал, критиковал перемены в Польше, произошедшие в Польше в последние годы, защищал нашу свободу.

За время, прошедшее после его смерти, о нем написаны уже – еще раз повторю: в соответствии с духом эпохи – тысячи фраз. Приводилась в пример его принадлежность своему поколению, тот факт, что Загаевский участвовал в создании действительно необычного поколения, умевшему сочетать гражданскую и – да, в самом деле, не будем отдавать этого слова националистам – патриотическую позицию с поэзией наивысшего класса. Упоминались его старые книги эссе, которые – например, Непредставимый мир (написанный вместе с Юлианом Корнхаузером), а также Солидарность и одиночество – стали чем-то значительно большим, нежели литературно-критическое исследование, они несли в себе знамение художественных позиций и выборов, а сами их названия прочно вошли в язык, которым мы описываем польскую литературу и историю. Припоминался его томик «Ехать во Львов», либо те необыкновенные дружеские конфигурации, в которых Загаевский встречался – назовем только ушедших – с Бродским, Хербертом, Милошем. Говорилось о его чувстве юмора, начался сбор анекдотов и воспоминаний о нем. Что же можно еще добавить?

Может, стоит подумать о тех его поздних стихах, в которых уже меньше картин, музеев и музыки Шуберта, а больше самого простого мышления o «людях деликатных», беззащитных и тихих, больше разговоров с умершими много лет назад родителями. Или же привести  этот потрясающий текст под назанием «Ласточки Освенцима»:

В тиши бараков,
в молчании июльского полудня,
пронзительный посвист ласточек.

 И это все, что осталось
от речи людей?

 

Перевод Анатолия Нехая

 Источник: Pròby, 2021

Адам




Выпуск 28

Поэзия и проза

  • Новый опыт: о стихах Адама Загаевского и не только
  • Из сборника "Последние стихотворения"
  • Стихи о матери
  • Стихи из книги "Я, Фауст"
  • Моим горам. На дереве моем (стихи)
  • Стихи Яна Твардовского на православных интернет-сайтах
  • Пейзаж в лирике Чеслава Милоша
  • Поэтический фестиваль «Европейский поэт свободы» в Гданьске
  • Пять стихотворений о Грузии. C Украины
  • "Берега, полные тишины" (стихи Кароля Войтылы)
  • Стихи Анны Пивковской из сборника "Зеркалка"
  • Белая блузка (фрагмент)
  • Очкарики. Песни 60-х годов
  • "Мне зелено..." Песни 70-75 гг.
  • Стихи из книги воспоминаний «В доме неволи»
  • Прощальные песни Осецкой
  • Эва Липская в России
  • Рассказы о животных
  • Два стихотворения из книги «Прыжок в даль»
  • Стихи из книги «Там, где растут горькие цветы»
  • Стихи Тадеуша Ружевича в переводах Екатерины Полянской
  • Стихи Эвы Найвер из книги «Комната чисел»
  • Поэтические миниатюры Боновича
  • Рассказы о животных: Барри
  • Молодежь переводит Шимборскую
  • Вырезки
  • Два стихотворения из сборника "Слава Богу"
  • "Петушок"
  • Такие были времена
  • Польские поэты о своей стране
  • Петушок (окончание)
  • "Пан Тадеуш" для детей (коллективный перевод)
  • Астрономия Войского
  • Попутчик
  • Дышать
  • Лари
  • Немецкая история
  • Кайрос
  • Три стихотворения о Мандельштаме
  • Поэтические миниаюры о разных странах
  • Отчизна. "Расстреляли мое сердце..." (стихи)
  • Восьмистишия из книги "Осень в одичалом саду"
  • Отшельник
  • Акушерка из Освенцима
  • Пять стихотворений
  • Отшельник (окончание)
  • Стихи из книги «Достаточно»
  • «Диспансеризация» (рассказ попутчика)
  • Сердце Шопена
  • Записки из болезни
  • Заложник
  • Сыновья
  • Призраки детства
  • Разговор с дьяволом собора Нотр-Дам
  • Два стихотворения
  • Белая блузка
  • Памяти Адама Загаевского. "Мертвая погода"
  • Что случилось?
  • Белая блузка (окончание)
  • Стихи о польских городах
  • Новые стихи
  • Адам
  • Стихи Загаевского в переводах Вячеслава Куприянова
  • Вариации на темы Стаффа
  • "Такие были споры и забавы..."
  • Праздник для всех
  • Алитус